Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55

Свет

^ Все это были, вобщем, менее как простые, порожденные ночкой ужасы, фантомы блуждающего во тьме воображения.

Вашингтон Ирвинг. Легенда о сонной ложбине36


Огнь был всюду. Он бежал повдоль стенок, захватывал язычками крышу, выползал из Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55-под каждого камня и нес с собой столько света, как будто само солнце поднялось в затемненном замке, обжигая его опухшую плоть.

Змееглав орал на Свистуна, пока не охрип. Он лупил его кулаками в Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 костистую грудь и чуть ли не загнал серебряный нос в здоровую плоть герольда, вызывавшую обезумевшую зависть у его властелина.

Пламенный Танцор снова возвратился из мертвых, а Перепел сбежал из ямы, хотя Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 тесть Змееглава всегда утверждал, что живым из этого подземелья не выходит никто.

— Улетел! — шептались бойцы. — Улетел из клеточки и сейчас бродит по замку, как голодный волк. Он уничтожит нас всех.

Тех Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 двоих, что охраняли яму, Змееглав передал Пальчику для примерного наказания, но Перепел убил еще шестерых, и с каждым отысканным трупом ропот становился громче. Бойцы разбегались, удирали по мосту, по подземному туннелю — прочь от Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 окаянного замка, где хозяйничают Перепел и Пламенный Танцор. Некие попрыгали в озеро — и больше их никто не лицезрел. Оставшиеся дрожали, как стайка запуганых малышей, а расписные стенки пылали, и свет прожигал Змееглаву Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 мозг и опалял кожу.

— Приведи ко мне Четвероглазого! — заорал он, и Пальчик втолкнул к нему Орфея. Якопо протиснулся в дверь совместно с ними, как червячок, выползший из увлажненной земли. — Погаси огнь Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55! — Как у него болело гортань! Будто бы искры просочились и туда. — Погаси немедля и возврати Перепела на место, не то я вырежу для тебя льстивый язык! Итак вот для чего ты уверил меня Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 кинуть его в яму! Чтоб дать ему возможность улететь!

Голубые глаза расплывались за стеклами — такие же носила сейчас его дочь, — а льстивый глас звучал, как умащенный драгоценным маслом. Хотя в Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 нем ясно слышался ужас.

— Я гласил Свистуну, что необходимо поставить там не 2-ух часовых, а больше! — Каверзная малая гадюка, намного умнее Среброносого, умеет делать невинный вид, непроницаемый даже для него… — Еще час-другой Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 — и Перепел сам умолял бы вас о дозволении переплести книжку. Спросите часовых. Они слышали, как он крючился понизу, как будто червяк на крючке, стонал и плакал…

— Часовые мертвы. Я дал их Пальчику и Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 повелел казнить так, чтоб клики разносились по всему замку.

Пальчик поправил темные перчатки.

— Четвероглазый гласит правду. Часовые без конца ведали, как плохо было Перепелу в яме. Они слышали, как он вскрикивает и Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 стонет, и пару раз инспектировали, живой ли он еще. Желал бы я знать, как ты этого достигнул. — Ястребиный взор на мгновение тормознул на Орфее. — Вроде бы то ни было, Перепел всегда шептал какое Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55-то имя.

Змееглав придавил руки к горящим очам.

— Какое имя? Моей дочери?

— Нет. Другое, — ответил Пальчик.

— Реза. Так зовут его супругу, ваше величество. — Орфей улыбнулся ему.

Змееглав не мог найти, льстивая Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 это ухмылка либо самодовольная.

Свистун бросил на Орфея исполненный ненависти взор.

— Его супруга скоро будет в руках моих людей. И дочь тоже.

— И что толку сейчас от этого? — Змееглав с силой придавил к Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 очам кулаки, но огнь все равно пробивался под веки.

Боль резала его на кусочки, на зловонные ломти, а тот, кто причинил ему эти мучения, опять его одурачил. "Мне нужна книжка!" — задумывался Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 он. Книжка, которая исцелит его плоть, висячую на костях, как лохмотья, — зловонные, грязные, сырые лохмотья.

Перепел.

— Двоих из числа тех, кто пробовал дезертировать, отведи на мост, чтоб всем было видно, — с трудом Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 выговорил он. — А ты спусти на их собственного пса. Он у тебя, наверняка, проголодался.

Бойцы, пожираемые ужасом, кричали нечеловеческими голосами, а Змееглав представлял, что это крики Перепела. Переплетчик задолжал ему много Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 криков.

Орфей с ухмылкой прислушивался, а позже ночной ужас возвратился к нему, как верный пес, и, пыхтя, соеденился с его тенью. Даже Змееглаву стало не по для себя от его черноты Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55. А Орфей самодовольно поправил очки. Круглые стекла отливали желтизной в бликах пламени. Четвероглазый.

— Я верну Перепела, — произнес он, и Змееглав ощутил, что уверенные интонации бархатного голоса против воли успокаивают его. — Он никуда Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 от вас не делся, хотя на данный момент кажется по другому. Я связал его невидимыми цепями, выкованными моим черным искусством, и, куда бы он ни пошел, эти цепи впиваются в него и причиняют Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 боль. Он знает, что боль насылаю я и что она не кончится, пока я живой. Потому он обязательно попробует меня уничтожить. Велите Пальчику охранять мою комнату — и Перепел сам придет к нему Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 в руки. Неувязка не в нем. Неувязка — Пламенный Танцор.

Змееглава поразила ненависть на бледноватом лице. Таковой силы ненависть следует обычно только за одним чувством — любовью.

— Да, он опять возвратился из мертвых. — Ненависть Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 оплетала каждое слово Орфея, так что даже его поворотливый язык спотыкался от этой тяжести. — И ведет себя как владелец этого замка. Но следуйте моим советам — и огнь Сажерука скоро погаснет.

— Каким Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 советам?

Змееглав ощутил тяжкий взор остекленных глаз.

— Пошлите Пальчика к вашей дочери. Пусть бросит ее в яму за то, что она посодействовала Перепелу бежать. Это закончит глуповатые дискуссии о чудесах, сеющие панику посреди боец. А Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 ее красавицу-служанку велите запереть в клеточку, где Перепел посиживал ранее. И скажите Пальчику, чтоб особо с ней не церемонился.

Огнь отражался в стеклах очков, и Змееглав на мгновение Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 ощутил никогда не испытанное чувство — ужас перед другим человеком. Увлекательное чувство! Легкое щекотание в затылке, тяжесть в желудке…

— Именно это я и собирался сделать, — произнес он и прочитал в светлых очах Орфея познание о Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 том, что это неправда. "Придется его уничтожить, — пошевелил мозгами Змееглав. — Как будет переплетена книжка".

Никому не позволено быть умнее владыки. И уж тем паче — владельцу такового небезопасного пса.

^ Стал видимым Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55

Напрасно. Мозг питался своими припасами и работал усиленно, фантазия, утонченная ужасом, крючилась и металась, как живое существо от сильной боли, танцевала подобно уродливой кукле на подмостках, оскаливала зубы из-под меняющейся маски.

^ Оскар Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 Уайльд.

Портрет Дориана Грея37


— Тебе необходимо уходить! Тут тебя изловят! — говорил Сажерук, но Мо только головой качал.

— Я должен отыскать Пустую Книжку.

— Я ее найду. И впишу три слова — так даже я умею писать Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55!

— Нет! Уговор был другой. Что, если она все равно заберет Мегги? Я переплел книжку, я должен и убить ее. А позже, твоей погибели Змееглав вожделеет не меньше, чем моей.

— Я опять Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 ускользну из тела.

— Ты и в прошлый-то раз чудом попал назад.

Как близки они сейчас стали! Как две стороны одной монеты, два вида 1-го и такого же человека.

— О Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 каком уговоре речь?

Оба поглядели на Резу, очевидно не радуясь ее присутствию. Мо был очень бледен, но глаза у него потемнели от гнева, а рука опять и опять прикасалась к старенькой ране. Что Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 с ним сделали в этой страшной яме?

В комнате, где они скрывались, пыль лежала сугрбами, как снег. Штукатурка на потолке покрылась плесенью и местами отпадала. Озерный замок был болен. Может быть, он Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 был уже при погибели, но на его стенках ягнята как и раньше спали рядом с волками, мечтая о мире, которого нет. В комнате было два узеньких окна. На дворе понизу стояло засохшее Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 дерево.

Стенки, оборонные ходы, башни, мосты… Каменная ловушка. Резе захотелось возвратить для себя крылья. Кожа у нее почесывалась, как будто из-под нее рвались наружу перья.

— Мо, что за уговор?

Она Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 встала меж мужиками, требуя, чтоб они допустили ее в свою общую тайну.

Когда Мо растолковал, она расплакалась. Погибель отыщет его всюду, остается он либо бежит. Он попался в ловушку из камня и чернил. И Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 их дочь тоже.

Он обнял супругу, но мысли его были далековато. Он все еще был в яме, утопая в ненависти и ужасе. Сердечко у него колотилось так неистово, что Реза Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 ужаснулась, вроде бы оно не выскочило из груди.

— Я убью его, — произнес он, пока она рыдала у него на плече. — Издавна было надо от него избавиться. А позже пойду находить книжку.

Она Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 додумалась, о ком он гласит. Орфей. Мо оттолкнул ее и взялся за клинок. Клинок был весь в крови, он насухо вытер его рукавом. На нем как и раньше был темный костюмчик переплетчика, хотя Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 издавна он уже принадлежал к другому цеху.

Мо решительно шагнул к двери, но Сажерук преградил ему путь.

— Куда ты? — спросил он. — Да, Орфей прочел слова, но ты воплощаешь их в жизнь Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55!

Он взмахнул рукою, и огнь написал в воздухе слова, жуткие слова — и они все ведали о Перепеле.

Мо протянул руку, как будто желая стереть их, но они опалили ему пальцы — и прожгли сердечко.

— Орфей ожидает Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55, что ты к нему придешь! — произнес Сажерук. — Он желает поднести тебя Змееглаву на чернильном блюде. Не поддавайся! Читать слова, которые управляют твоей жизнью, неприятно. Я это знаю лучше, чем Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 кто бы то ни было. Но те слова, что я прочитал в свое время, не реализовались. У их столько власти, сколько ты им дашь. К Орфею пойду я, а не ты. Убивать я не умею Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55, не научился этому даже в гостях у Погибели. Зато я могу выкрасть у него книжки, из которых он берет слова. А когда к для тебя возвратится здравый разум, мы Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 совместно поищем Пустую Книжку.

— А если бойцы отыщут Мо? — Реза не сводила глаз с пламенных букв, читая их опять и опять.

Сажерук провел рукою по выцветшей настенный росписи, и волк, изображенный там, зашевелился Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55.

— Я оставляю вам сторожевого пса, не такового обезумевшего, как у Орфея, но если придут бойцы, он поднимет вой и задержит их на некое время, пока вы поищете для себя другое укрытие Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55. Огнь обучил людей Змееглава шарахаться от каждой тени.

Волк с горящей шерстью спрыгнул со стенки и покинул комнату прямо за Сажеруком. Но слова остались, и Реза прочитала их снова:

"Когда Перепел отказался повиноваться Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 Змееглаву, только один человек знал, что делать, — чужеземец, прибывший из дальних государств. Он осознавал, что сломать Перепела может только один человек — сам Перепел. Он разбудил все, что Перепел скрывал от себя самого Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55: ужас, делавший его бесстрашным, и ярость, делавшую непобедимым. Он повелел кинуть Перепела во мрак, чтоб тот боролся в яме с самим собой — с болью, которая как и раньше жила в нем, незабытая Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55, неисцеленная, со ужасом, который породили в нем кандалы и застенки, с яростью, которую посеял ужас. Он отрисовывал в его сердечко жуткие картины…"

Далее Реза не стала читать. Это было очень жутко. Но Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 последние слова огнь навечно выжег в ее памяти:

"И свой мрак сломал Перепела, и он стал умолять Змееглава о дозволении переплести новейшую книжку, еще привлекательнее первой. А когда Серебряный князь получил книжку Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 в свои руки, он казнил переплетчика самой ужасной, самой неспешной из всех смертей, и комедианты запели последнюю песню о Перепеле".

Мо оборотился к словам спиной. Он стоял посреди сугробов пыли, скопившейся тут за Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 долгие и длительные годы, и смотрел на свои руки, как будто не знал, подчиняются они еще ему либо только словам, горевшим сзади.

— Мо! — Реза поцеловала его. Она знала: то, что она на данный Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 момент сделает, ему не понравится. Он поглядел на нее отсутствующим взором. Глаза его были полны мрака. — Я отправлюсь на поиски Пустой Книжки. Я ее найду и впишу за тебя Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 три слова. "Чтоб Змееглав умер до этого, чем реализуются слова Орфея, — прибавила она про себя, — и до этого, чем имя, данное для тебя Фенолио, тебя уничтожит".

Он еще не понял смысл ее слов, а она Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55 уже клала в рот семечки. Мо желал вышибить их из ее руки, но крупинки были уже под языком.

— Реза, нет!

Она пролетела через пламенные буковкы. Их жар опалил ей грудь.

— Реза Корнелия Функе Чернильная смерть - страница 55!

Нет уж, сейчас ожидать придется ему. "Оставайся здесь, — задумывалась она. — Прошу тебя, Мо!"






korejskij-reper-psy-izvinilsya-za-antiamerikanskie-vistupleniya-do-27-dekabrya-na-tretej-linii-guma-otkrita-fotovistavka.html
korelyacionnaya-svyaz-mezhdu-priznakami.html
koren-rasteniya.html